Да, как и планировалось, лицензирование сразу же мощнейший толчок развитию науки придало. В нее прямо тут же лучшие представители нашенской породы ломанулись. Всякий политик ли, по купеческой ли части, чиновник ли, считающий себя настоящим пиздюком, поспешил свой научный вклад сделать. Так что у нас теперь по всей номенклатуре кандидат на докторе сидит и профессором погоняет. Такой интеллектуальный кворум образовался, Мичурин Яблочкова на том свете обнимает.

Конечно, не все так гладко в научном болоте. Имеются еще у нас корявые ученые, которые к лицензированию не дееспособны. Любят такие за микроскопом с инфузорией какой засидеться или в звезды взглядом от действительности подальше уткнуться, или еще рот себе докладом научным заткнуть, чтобы об отсутствии завтрака, обеда, ужина не думать. Но мы с таким псевдоподходом ведем решительный диспут. Чтобы ускорить период научного полураспада и довести его в кратчайший период до полного распада с испусканием всего спектра мыслей, а более обыденными словами, чтобы направить вялотекущие мозги в нужную сторону и простимулировать профессиональный подход к научному творчеству, мы установили таким мыслителям зарплату на уровне уборщиц. Что б было им на кого равняться и к чему стремиться. Да еще в крайнем случае за особые заслуги перед ректоратом нелицензированному ученому полагается бесплатный талон в баню. Ну а только еще ступающим на скользкую научную стезю и испытывающим по молодой неразумности недостаток калорий, мы пообещали банан, который когда-нибудь, глядишь, да и вырастит на нашем-то черноземе, если, конечно, мужики все-таки за мангу не проголосуют.

По правде сказать, часть мозгов оказалась не столь уж вялотекущей, и перетекла-таки по сообщающимся сосудам в соседние села.